RSS подписка
Реклама

 
Медицина » Эмпирическая психотерапия » Сопровождение пациента в эмпирической психотерапии


Содержание взаимоотношения психотерапевта и его подопечного в ходе эмпирической психотерапии определяется тем, что в ней психотерапевт выступает в роли сопровождающего. Он имеет определённые знания и опыт прохождения собственных эмпирических процессов; он может предвидеть сложные моменты предстоящей работы, но в любом случае остаётся лишь сопровождающим, что позволяет ему осуществлять экологичное участие в курсе эмпирической психотерапии. Роль сопровождающего позволяет психотерапевту естественно воспринимать всё то, что будет вскрываться в психике пациента в ходе практики. Поэтому в эмпирической психотерапии в полной мере может реализоваться форма участия психотерапевта, соответствующая смыслу любой терапии: «служить, поклоняться, исцелять» (173, том 2, стр. 621), – или смыслу «...изначального значения слова терапевт: ведущий, сопровождающий» (29).
В любом виде психотерапии определённые нюансы в сопровождение пациента вносят причина, побудившая его обратиться за помощью к психотерапевту и особенности методик, используемых в курсе психотерапии.
В зависимости от причины, побудившей обратиться за помощь к психотерапевту, пациентов можно разделить на три группы. Первую группу составляют те из них, кто испытывают потребность в кратковременном сотрудничестве с психотерапевтом. В этих случаях их потребность в помощи объясняется тем, что они встретились с психологической проблемой, решение которой одними собственными усилиями не возможно. Надо иметь в виду, что они проявили опредёлённое мужество, для того, чтобы это признать. Теперь они готовы услышать слово помощи и принять саму помощь. Вот как писал об этом К.Г. Юнг: «...Необходимо ясно осознать: имеются проблемы, которые просто невозможно решить собственными средствами. Такое признание имеет достоинство честности, истинности и действительности, а потому закладывает основание для компенсаторной реакции коллективного бессознательного. Иначе говоря, появляется способность услышать мысль, готовую прийти на помощь, воспринять то, чему ранее не дано было выразиться в слове» (149, стр. 111). Для лиц, отнесённых в эту группу, лекарственная терапия или вообще не нужна, или необходима в очень скромных пределах. К слову замечу, что нетрудно представить в каком положении оказывается психотерапевт, уповающий преимущественно на лекарства, в случае отказа его подопечного их принимать. Ведь в этой ситуации исход уже явно определяется качеством имеющегося у специалиста опыта разрешения своих личных проблем. Такой опыт личной работы без фармацевтической поддержки позволяет ему использовать лекарства только как вспомогательный инструмент, и не зависеть от их участия в процессе психотерапии. Он может использовать подходы, не требующие медикаментозной поддержки. Отсутствие такого опыта превращает фармакотерапию в руках врача в некий щит. Щит, не только прикрывающий пациента от наступления симптомов, но одновременно и не позволяющий врачу увидеть то, что происходит в его подопечном. В этом случае врач без такого щита – беспомощен, со всем вытекающими из этого последствиями.
Вторую группу составляют те, кто нуждаются в периодических курсах психотерапии. Чаще всего это пациенты, страдающие неврозами, психопатиями, пограничными психическими расстройствами, расстройствами, связанными со злоупотреблением алкоголем или психоактивными веществами, а также имеющие какие-то психосоматические расстройства;
И, наконец, третья группа – это пациенты, нуждающиеся в психотерапии в течение длительных периодов своей жизни, а, возможно, и на всём её протяжении. Речь идёт о людях, страдающих душевными заболеваниями.
Особенности методик, используемых в курсах психотерапии в широком диапазоне изменяют смысл термина – сопровождение: от полного его отсутствия в практике, использующей директивные методы психотерапии, до гармонично присутствующего в процессе эмпирической психотерапии. Отмечу особенности курсов эмпирической психотерапии, которые способствуют реализации в них принципа сопровождения пациента:
1. Эмпирическая психотерапия использует методики, в которых присутствие какой-либо директивности не допустимо, поскольку она препятствует глубоким эмпирическим процессам.
2. Эмпирическая психотерапия позволяет эффективно реализовать принцип краткосрочной психотерапии. Под этим подразумевается не только возможность разрешения каких-то психологических сложностей в течение относительно краткого эмпирического курса, но и дальнейшее продолжение психотерапевтической практики, в виде последующих коротких курсов, проводимых по мере необходимости. При этом в основу эмпирической психотерапии заложено то, что очередное обращение пациента к тому же психотерапевту зиждется не на зависимости пациента от него, а является потребностью первого в продолжении своего «движения» рядом с данным специалистом.
3. Курсы эмпирической психотерапии имеют выраженное пролонгированное последействие. В ходе него не только закрепляется достигнутое в практике и происходит осознание отработанного материала, но и осознанно формируется запрос на следующий шаг.
4. Эмпирическая психотерапия даёт человеку такой опыт изменения себя, что в течение одного её курса он уже может быть сориентирован на дальнейшее возможное самостоятельное разрешение своих проблем работу.
Ниже я представил те аспекты сопровождения пациента, которые в начальном курсе эмпирической психотерапии являются наиболее значимыми.
1. Осуществляя сопровождение пациента в эмпирической психотерапии необходимо иметь в виду, что изначально он, очень вероятно, не подразумевает собственного активного участия в процессе психотерапии. И в этом случае его направленность на взаимодействие с психотерапевтом содержит, как ключевые моменты, следующие позиции:
· придти к благополучному (самодостаточному) состоянию как можно быстрее, желательно даже за один приём;
· получить от первого курса эмпирической практики как можно больше, желательно столько, чтобы хватило на всю жизнь;
· и, наконец, чтобы всё, выше перечисленное, стоило ему как можно меньших усилий и каких-либо других затрат.
Из всего перечисленного рациональное зерно заложено в желании более не обращаться за сторонней помощью. При этом смысл, вкладываемый в него человеком, далеко не сразу будет соответствовать его возможностям. Эмпирическая психотерапия помогает ему осознать это, и постепенно приблизиться к желаемому. То есть она позволяет не только помочь человеку сегодня, но и научить его помогать самому себе в дальнейшем.
Исходные установки человека, обратившегося к эмпирической практике, накладывают свой отпечаток как на его участие в совместной деятельности с психотерапевтом, так и на динамику его личностных изменений. Часто он начинает проходить эмпирические процессы в состоянии недоверия к себе, и потому демонстрирует готовность всё переложить на сопровождающего: сделай за меня! Затем, получив опыт первого разрешения своей психологической проблемы, он впадает в иллюзию того, что можно в себе всё исправить, и дальнейшую жизнь прожить без проблем. А затем, изжив эту иллюзию, открывает, что всё происходящее с ним самоценно само по себе. Приходит понимание того, что смысл жизни заключён в получении определённого опыта. И человек начинает учиться видеть проблемы Жизни, как динамичные проявления движения к истинному «Я».
2. Эмпирическая психотерапия подразумевает сведение к минимуму сторонних влияний на содержание процесса. При этом естественно и понимание того, что свести их полностью на нет просто невозможно. Привносимый извне контекст, как не преднамеренное вмешательство в процесс, всегда присутствует, хотя бы в виде личностного статуса самого ведущего.
Примеров экологичного проведения эмпирической практики, которые любой практикующий в эмпирических техниках может взять для себя как образец, множество. Так знаменитые элевсинские мистерии, шаманские обряды, методы йоги, дзен-буддизма, суфизма и т.д. являются ярким примером конгруэнтного использования контекста – окружающей обстановки, словесной информации, статуса ведущих, – в эмпирическом процессе.
В эмпирической психотерапии с максимальной глубиной эмпиричности сознательные попытки задавать какой-либо контекст – недопустимы, а помощь, например, работа с телом, осуществляется только по мере необходимости в этом. В случаях использования процессов с меньшей эмпиричностью контекст конкретного процесса или целого курса задаётся следующими отдельными информационно насыщенными компонентам и их комбинациями:
· личностный статус ведущего (то, что он может иметь широчайший диапазон характеристик – закономерно);
· обстановка, в которой реализуется практика;
· возможно вербальное задание контекста, как непосредственно, соответствующей темой разговора, так и опосредованное, через сказки, легенды, притчи и истории; в любом случае, качество контекста определяет не то, что говорится, а то, зачем говорится или, выражаясь конкретнее, – то, чего действительно хочет ведущий;
· имеется возможность задания контекста в групповом курсе, используя статус самих занимающихся: подбор определённых пар или малых групп для совместной практической работы;
· и, наконец, возможно целенаправленное обучение человека умению задавать контекст процесса самому себе.
3. Общая стратегия первого курса эмпирической психотерапии формируется исходя из того, что необходимо провести подопечного через следующие фазы:
а) формирование доверия. Осуществляется, начиная с формирования доверия к содержанию эмпирической практики; затем сама эмпирическая практика выводит человека на формирование доверия к тому, что происходит с ним в его повседневной жизни;
б) переход в состояние – ответственность;
в) прохождение этапов изменения стереотипа, исчерпавшего свои конструктивные возможности.
При этом подразумевается, что ведущий способен отличать завершившиеся эмпирические процессы от незавершённых. Наиболее очевидные признаки последних таковы:
· жалобы на соматическое неблагополучие; чаще всего они свидетельствуют о не полностью проработанном блоке, но, особенно в случаях работы с лицами страдающими неврозом, это может быть свидетельством неполного разрешения какого-то образования бессознательного;
· эмоциональное неблагополучие, выявляемое после очередной практики;
· воспалённые глаза;
· неконструктивная вербализация полученного опыта или отказ от неё в сочетании с каким-то из выше перечисленных признаков; в этом случае надо иметь в виду, что так как изменения, начавшиеся в практическом занятии, продолжаются и вне его, то дальнейший разговор о содержании практики может стать возможным спустя какой-то промежуток времени.
Во всех перечисленных случаях сначала надо попытаться объяснить подопечному происходящее. И предоставить ему самостоятельный выбор дальнейших действий из имеющихся вариантов:
· продолжать практику здесь и сейчас;
· перенести дальнейшую совместную работу с психотерапевтом на то время, когда к этому будет готовность;
· проводить дальнейшую работу самостоятельно.
4. Начальный курс эмпирической психотерапии наглядно показывает зависимость формы вербализации пациентом опыта, полученного им в ходе процесса, от качества этого опыта. Многословная, красочная вербализация соответствует действительно открываемому пациентом, но присуща началу инфляции эго. Естественный после первых эмпирических процессов, в последующем такой стиль вербализации больше будет свидетельствовать о манифестации определённой личной сложности. Обычно дальнейшее продолжение эмпирической психотерапии приводит к тому, что изложение пациентом полученного опыта становится компактными. А затем когда-то возникает естественное ощущение незначительности слов и желание провести какое-то время после практики в молчании.





Внимание! Копирование материалов допускается только с указанием ссылки на сайт Neznaniya.Net
Другие новости по теме:
Автор: Admin | Добавлено: 11-09-2012, 13:20 | Комментариев (0)
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.